Сегодня в 09:30 мск:Предполетная онлайн-конференция на Байконуре

РОСКОСМОС-СПОРТ

15 февраля 2010 г. - Владимир Ярополов: Подготовка и осуществление космического старта Ю.А. Гагарина: у испытателей были мозоли на руках

Сегодня мы публикуем воспоминания заслуженного работника ракетно-космической отрасли, участника запуска с космодрома Байконур корабля «Восток» 12 апреля 1961 года Владимира Ильича Ярополова. Надеемся, что другие ветераны также поделятся с нами воспоминаниями  о первом космонавте Земли.

 

Пресс-служба Роскосмоса

 

 

«Запуск первого человека в космос был не только чрезвычайно важным, но, во многих отношениях даже для специалистов, работавших над этим проектом, не­мыслимым шагом, шагом в неведомое, со всеми неопределенностями технического, социального, физиологического и психологического характера. Сейчас это трудно понять, но тогда все были озабочены одной проблемой: «Что будет? Вынесет ли человек невесомость? Не пострадает ли его психика?». Ответов на большинство во­просов не знали даже ведущие специалисты по медицине. В процессе отработки корабля «Восток» в беспилотных полетах, с собачками на борту, с манекенами, а также в процессе подготовки пилотируемого полета специалисты часто задавали подобные вопросы друг другу, но ответа не знал никто. Значит, надо было искать выход из положения. Отсюда вытекал особый подход к конструированию самого корабля и его систем, к их изготовлению и испытаниям.

Многое было непонятно и загадочно в предстоящем полете.

Выдержит ли космонавт в кабине неимоверный шум работающих рядом двигателей ракеты-носителя? Нужен эксперимент. Его ставят на беспилотном корабле, в кабину которого устанавливают шумомер.

Какие перегрузки будут действовать на человека и сможет ли он выдержать их? Ставится эксперимент с датчиками перегрузок на борту космического аппарата.

Как будет влиять невесомость на живой организм? Тоже нужен эксперимент. Его проводят, неоднократно запуская беспилотные корабли «Восток» с собаками.

Смогут ли космический корабль и его системы обеспечить нормальную жизнедеятельность организма человека на всех этапах полета в космос? Нужны эксперименты, нужна статистика. И снова полеты по полной программе, но уже на точной копии корабля «Восток», только не с человеком, а с манекеном на борту, с «Иваном Ивановичем», как шутливо называли его испытатели. «Иван Иванович» пользовался особой популярностью у испытателей, наверное, потому, что в напряженные дни испытаний служил объектом, на котором можно было получить своеобразную психологическую разрядку. Всем было хорошо известно, что на испытательной площадке категорически запрещено курить, и уж, конечно, противоестественным выглядело наличие на ней человека, читающего художественную литературу. Как бы вопреки этим правилам часто можно было видеть «Ивана Ивановича», сидящего в кресле с книжкой на коленях и папиросой в пальцах руки, элегантно расположенной на подлокотнике кресла. Выглядел «Иван Иванович» в той обстановке так естественно, что был случай, когда Сергей Павлович Королев принял его за обычного испытателя и сделал руководителю работ на космическом аппарате выговор за нарушение установленного порядка, а затем, разобравшись, рассмеялся вместе со всеми.

Для проверки телефонного канала связи с Землей манекен был оснащен магнитофоном, имитировавшим речь космонавта, а во рту у него был установлен громкоговоритель. Таким образом, манекен мог как бы говорить в бортовой шлемофон, поэтому с орбиты можно было слышать голос «космонавта» и воспринимать его как речь живого человека. Возможно, с этим связаны легенды о том, что до Гагарина в космос уже кто-то летал.

Неясным оставался вопрос: какое влияние окажет на человека, его психику пребывание в невесомости? Ведь такому воздействию не подвергался ни один человек на Земле. Неопределенность в оценке возможного поведения человека в космосе потребовала от разработчиков особого подхода к конструированию космического корабля. Предпочтение было отдано автоматическим системам, автоматизации практически всех мыслимых операций. Даже забрало скафандра закрывалось автоматически, автоматически подтягивались привязные ремни на кресле космонавта. Уровень автоматизации полетных операций на борту корабля «Восток» был настолько высок, что один из разработчиков так шутливо охарактеризовал отношение к нему: «Если бы мне дали квартиру в Москве, я бы запросто согласился лететь в космос. А что? Сел бы в корабль, по минутной готовности по­терял сознание и очнулся в кремлевской больнице».

Тем не менее системы ручного управления предусматривались, и космонавт при необходимости мог бы ими воспользоваться. Однако сделать это было не так просто. Поскольку никто не мог спрогнозировать поведение человека, и в качестве альтернативы рассматривалась возможность расстройства его психики, система ручного управления кораблем блокировалась и разблокировать ее можно было либо по командной радиолинии, либо сообщив космонавту по системе связи с Землей код, набрав который он мог включить систему ручного управления. При использовании ручного управления космонавт получал прогноз места посадки, мог воспользоваться оптическим визиром для ориентации корабля перед выдачей тормозного импульса. Наконец, в крайнем случае для ори­ентации корабля можно было применить, используя Солнце, так называемую «палочку Раушенбаха», установленную на одном из иллюминаторов. Такое название этот датчик получил по имени его автора — академика Бориса Викторовича Раушенбаха.

Для гарантированного возвращения космонавта на Землю в случае отказа систем, обеспечивающих сход космического аппарата с орбиты, баллистическая траектория космического корабля выбиралась таким образом, чтобы корабль находился в космосе не более 10 суток. Это достигалось тем, что при апогее, равном 327 км, перигей равнялся всего лишь 181 км. Тепловая защита корабля была сконструирована с учетом возможности его разогрева от трения об атмосферу Земли при самопроизвольном спуске.

Для спасения космонавта в случае аварии на старте предусматривалась возможность его катапультирования в кресле, снабженном пороховой двигательной установкой, позволяющей поднять космонавта в кресле до высоты, с которой он мог бы спуститься на парашюте. С целью предотвращения попадания космонавта при спуске на парашюте в газоотводный канал для двигателей ракеты-носителя на старте этот канал с боков был обтянут специальной сеткой.

По достижении на активном участке вывода корабля на орбиту высоты, с которой мог использоваться штатный парашют космического аппарата, спасение космонавта обеспечивалось по схеме нормальной посадки при спуске с орбиты. На завершающем этапе работы двигательной установки ракеты-носителя, между предвари­тельной и главной командой на выключение двигателя, когда в случае аварии возможен вывод на удлиненную траекторию посадки, штатное разделение корабля на отсеки не предусматривалось, а подключалась система отделения корабля от термодатчиков, срабатывающих при трении корабля об атмосферу Земли. Этим исключалась возможность длительного пребывания космонавта в спускаемом аппарате с его ограниченными ресурсами по энергетике.

На спускаемом аппарате уже тогда были предусмотрены основная и запасная парашютные системы. На случай потопления спускаемого аппарата место его нахождения можно было определить но специальному бую, прикрепленному к аппарату на длинном фале и выполненному в виде надувной «груши» с расположенными внутри ее передатчиком и антенной. Эта «груша» всегда занимала определенное положение, поскольку была сделана по типу «ваньки-встаньки», чем обеспечивалась наибольшая эффективность излучения радиосигнала для поиска спускаемого аппарата.

Особые подходы требовались и при проведении испытаний корабля «Восток».

«Ни одного отказа! Ни одного замечания за все время испытаний! — так требовал Сергей Павлович Королев. — Проведите цикл испытаний так, чтобы мы на Государственной комиссии могли доложить лишь два слова: «Замечаний нет!».

Для того чтобы исключить всякие случайности при проведении испытаний и пропуск каких-либо отказов или замечаний по работе систем, Королевым категорически были запрещены работы в ночное время. Исключение составляли лишь те операции, которые по условиям технологического процесса не могли быть прерваны. При подготовке корабля «Восток» в пилотируемом варианте было также запрещено внесение каких бы то ни было изменений в технологию и методику проведения испытаний. «Не надо никаких рационализаторских предложений! — говорил Королев и не давал скидок ни на какие объяснения допустимости отступлений. — По­вторите испытания по установленной технологии и убедитесь, что все работает нормально!». Такой подход позволял быть уверенным в соответствии  функционирования  пилотируемого космического аппарата ранее созданному и уже проверенному на беспилотных космических аппаратах эталону.

Необходимым условием обеспечения высокого качества испытаний Королев считал неизменность состава испытательной бригады, в связи с чем замена людей в ее составе без его разрешения не допускалась в течение всего периода испытаний серии кораблей «Восток», включая и отработочные пуски.

Большое внимание уделялось Королевым достоверности информации об испытаниях. В связи с этим он с огромным уважением относился к военным. Когда он прилетал на космодром и собирал совещание, чтобы войти в курс дел, если кто-то из его людей порывался доложить о состоянии работ, Королев резко предлагал сесть и говорил: «Пусть доложат военные, я хочу знать правду!»

Небрежность при проведении испытаний считалась преступлением. Специалист, допустивший ее, немедленно отстранялся от работы без права последующего участия в испытаниях. Дисциплина и порядок господствовали на рабочих местах.

В основу испытаний был положен учет мнений всех специалистов, которые прямо или косвенно могут пролить свет на возникающие в процессе работ отклонения. Такой подход был очень важен, поскольку практика показывала, что единоличное принятие решения, без учета всех нюансов возникшей ситуации, всех возможных вариантов ее развития, неоднократно приводило к самым трагическим последствиям.

Другое важное условие успешности испытаний — это честность их участников, благодаря которой исключалась возможность принятия ложных гипотез и борьбы с несуществующими причинами опасности. Был случай, когда в процессе испытаний на борту космического аппарата (речь идет не о кораблях «Восток») возник небольшой пожар. Очень долго испытательная команда не могла найти объяснимой причины происшедшего. Наконец один из операторов сообщил, что он допустил ошибку в процессе работы, и высказал предположение о возможной причастности ее к произо­шедшему событию. Анализ подтвердил, что именно эта ошибка привела к возникновению пожара. И хотя понесенный ущерб от пожара был достаточно значителен, Королев тем не менее наградил этого оператора ценным подарком (именными часами) за проявленную честность.

Именно в этот период во всех паспортах и формулярах приборов и агрегатов корабля «Восток» появилась историческая запись: «Годен для ЗКА». Такая запись означала, что все комплектующие, входящие в состав изделия, и само изделие прошли специальный отбор и комплекс проверок и испытаний, которые гарантируют высший уровень качества и надежности космической техники.

В то время космические аппараты практически никаких испытаний на предприятии-разработчике не проходили. Это существенно ускоряло процесс их создания. После прибытия космических аппаратов на космодром работы начинались с прозвонки кабелей, которых на кораблях серии «Восток» было, как тогда казалось ис­пытателям, необыкновенно большое количество. Чтобы их прозвонить, надо было каждый раз производить подстыковку и расстыковку кабелей. От этого у испытателей были мозоли на руках.

Для проведения испытаний необходимо было охлаждать космический аппарат. Для этого из Москвы на самолете на космодром постоянно доставлялся сухой лед.

15 мая 1960 года был осуществлен запуск простейшего варианта корабля (изделие 1КП). Он перешел на более высокую орбиту из-за неисправности инфракрасной вертикали (датчика системы ориентации), корабль вместо тормозного получил разгонный им­пульс. 23 июля 1960 года был произведен очередной запуск корабля «Восток» в варианте с собачками на борту (изделие 1К). Однако произошел отказ ракеты-носителя на начальном участке выведения, в результате чего собачки погибли. 19 августа этого же года был осуществлен запуск изделия 1К с собачками Белкой и Стрел­кой на борту. На этот раз все прошло благополучно. Третий запуск изделия 1К состоялся 1 декабря 1960 года. После выхода на орбиту в работе тормозной двигательной установки корабля наблюдались неполадки. Собачки, находившиеся на его борту, погибли. Последний запуск изделия 1К был осуществлен 22 декабря 1960 года. Но он также оказался неудачным: отказала ракета-носитель в начале работы третьей ступени.

Еще два запуска корабля «Восток» в вариантах с манекенами и собачками (изделие ЗК) состоялись 9 и 25 марта 1961 года. Оба полета прошли без замечаний.

3 апреля 1961 года правительство приняло решение о полете человека в космос. 8 апреля состоялось заседание Государственной комиссии, где было принято решение о запуске Гагарина. 10 апреля корабль «Восток» был состыкован с ракетой-носителем и 11 апреля в 5 час. 40 мин. начался вывоз ракеты-носителя с кораблем «Восток» на стартовую позицию. В полдень этого же дня на стартовой позиции была проведена встреча стартовой команды с Ю.А.Гагариным и Г.С.Титовым. Впоследствии такие встречи стали традиционными. После встречи Гагарин, поднявшись на верхнюю площадку фермы обслуживания, осмотрел спускаемый аппарат корабля.

Домой никто из испытателей не уезжал, так как работы на стартовой позиции по подготовке к пуску должны были начаться рано утром.

И вот утро 12 апреля 1961 года. Проведена бессонная ночь перед стартом. Работы на стартовой позиции по подготовке к пуску начались по 7-часовой готовности, то есть в 4 часа утра по местному времени. Великолепная солнечная погода, так свойственная району Байконура. В 6 часов утра ведущий конструктор корабля «Восток» О.Г. Ивановский и руководитель подготовки советских космонавтов Н.П. Каманин установили шифр логического замка на пульт пилота корабля. Непосредственно перед посадкой космонавта в корабль было заложено бортовое питание.

По 2,5-часовой готовности на старт прибыл автобус с Гагариным и сопровождающими его специалистами. На стартовой позиции его встречали С.П.Королев, председатель Государственной комиссии К.Н.Руднев и маршал К.С.Москаленко. После доклада председателю Государственной комиссии Гагарин поднялся на площадку лифта и сделал свое заявление перед стартом. Затем лифт поднял его на верх фермы обслуживания к посадочному люку корабля.

За несколько десятков минут до запуска при закрытии на корабле посадочного люка не сработал один из контактов, контролирующих качество закрытия люка. Это было зафиксировано на центральном пульте в бункере. Возникла угроза срыва пуска, так как люк мог оказаться негерметичным, а времени на его открытие и повторное закрытие практически уже не было. Тем не менее С.П.Королев принял решение на повторение этой операции. Боевой расчет в течение 30 мин. успел открутить 30 гаек замков люка, повторно открыть и закрыть люк, снова закрутить эти 30 гаек и проверить герметичность люка методом вакуумирования с помощью так называемой «присоски».

И вот наступил момент старта. Пультовая в бункере была плотно заполнена специалистами — все происходило совсем не так, как показывают в так называемых документальных фильмах, посвященных этому событию, которые в то время снимались всегда после самого события. Кажется, на стартовой позиции не было человека, который бы не переживал происходящее. Волновались операторы у своих пультов, клал таблетки в рот Королев. И был, казалось, только один человек, который не переживал происходящее, — Гагарин. Самый большой пульс был у него после посадки в кабину, и то, наверное из-за физического напряжения. А потом, вплоть до момента запуска, он был на отметке 64. Все окружающие и сами медики удивлялись этому.

Запуск был осуществлен в 9 час. 07 мин. по московскому (в 11 час. 07 мин. по местному) времени.

После команды «Подъем» все специалисты собрались на «нулевой отметке» стартовой площадки и слушали репортаж по громкой связи о ходе полета.

Особенно остро каждого волновал вопрос надежности работы своего агрегата, своей системы, и с некоторым облегчением они вздыхали, когда эта система заканчивала свою работу. Самое трудное испытание досталось, конечно, на долю тех, кто отвечал за работу системы приземления, ведь она была венцом полета. Все специалисты уже освободились от груза ответственности и по-человечески радовались, уверенные в предстоящем успехе, и только «приземленец», бледный и сосредоточенный, все еще нервно ходил по «нулевой отметке».

И вот наступило 12 часов 55 минут местного времени. Пришло сообщение о том, что парашют раскрылся и приземление прошло успешно. Но, пожалуй, в этот момент никто из присутствующих еще не понял до конца всего значения произошедшего события. И только когда по стартовой площадке разнесся «железный» голос Левитана, сообщивший о результатах полета, мурашки поползли по коже, и все, наконец поняв грандиозность свершившегося, броси­лись обнимать и поздравлять друг друга.

Буквально сразу после сообщения по радио о полете Гагарина возле «нулевой отметки» появилась автомашина, из которой вышел Сергей Павлович Королев и его ближайшие соратники. Он приехал, чтобы поздравить стартовую команду с этим эпохальным успехом и поблагодарить всех за огромный труд, который был вложен в подготовку и осуществление полета Юрия Алексеевича Гагарина. И эта благодарность СП, как любя называли его все испытатели, была для всех высшей наградой за труд.

Приведя в исходное состояние оборудование стартовой позиции, испытатели, уставшие и невыспавшиеся, отправились на автобусах домой. Все население жилого городка, жены и дети испытателей высыпали на улицы, чтобы встретить их после этой успешной работы. А как были горды испытатели тем, что именно на их долю выпала честь участия в событии, которое навсегда вошло в историю Земли и никогда не будет забыто людьми».

Полковник В.И.Ярополов,

участник запуска с космодрома Байконур

космического корабля «Восток»

12 апреля 1961 года

Сообщить об ошибке в тексте

Фрагмент текста с ошибкой:

Правильный вариант:

При обнаружении ошибки в тексте Вы можете оповестить нас о ней. Для этого нужно выделить мышкой часть текста с ошибкой и нажать комбинацию клавиш "Ctrl+Enter".