РОСКОСМОС-СПОРТ

23 апреля 2010 г. - "Боржомчик для космонавта" (Газета "Московский Комсомолец" № 25335)

Военный врач Виталий Волович, воспоминания 

"Боржомчик для космонавта"

 

— Виталий Георгиевич, вы прыгали с парашютом к месту приземления Титова, Быковского и Николаева. А где встретили Юрия Гагарина?

— Наша группа парашютистов была готова к прыжку на место посадки Гагарина, но почему-то нам несколько раз меняли курс, и в последний момент поступила команда: “Отставить прыжок! Врачу встретить космонавта в Энгельсе!” Здание аэропорта было окружено огромной толпой. Мне удалось прорваться благодаря летному комбинезону и пистолету на боку. Юра поднялся мне навстречу, и мы дружески обнялись, потому что я оказался единственным человеком, с кем он был знаком. В это время зазвонил телефон, и с перепуганным лицом начальник КП сказал: “Вас вызывает Москва!” Гагарин взял трубку — оказалось, что звонит Брежнев. Юрий доложил, что полет успешно завершен. Потом Брежнев передал трубку Микояну. А после этого в комнату ворвался зам командующего, схватил Юру в охапку, и они поехали на командный пункт, где имелся телефон правительственной связи. Только тогда состоялся разговор с Хрущевым.  

— Как чувствовал себя первый космонавт?  

— Я осмотрел его в самолете. Послушал, померил давление: 130 на 75, пульс 60 ударов в минуту. Как будто не космос покорил, а перелетел из Сочи в Москву. У него было лишь небольшое чувство усталости, а потом легкое головокружение — проявление космической болезни движения, которая в будущем доставила немало хлопот космонавтам и врачам. “Выпью боржомчика, и все пройдет”, — сказал Юра. В самолете все засыпали его вопросами и про невесомость, и про то, как выглядит из космоса Земля. А потом к космонавту потянулись листочки, блокноты, записные книжки. Всем хотелось получить автограф. Я тоже пододвинул полевой дневник, где Юрий вывел: “Передовой медицине. Гагарин”. Видимо, от пережитого волнения и усталости он написал дату “12.04.56”. И только через несколько дней, показывая друзьям Юрин автограф, я заметил эту ошибку. Когда мы встретились с Гагариным через две недели, он мгновенно исправил дату, но взамен попросил, чтобы я прочитал свое стихотворение про Лайку, которое начиналось так: “Два месяца в космосе носится Лайка. Жива ли собачка? Поди-ка узнай-ка! Дыханье не пишет давно аппарат, Но замерли все в ожиданье наград”.  

Я замялся: стихи идеологически не выдержаны. Но все же прочитал. “Ядовито, но лихо!” — засмеялся Гагарин.

 

Газета "Московский Комсомолец" № 25335 от 23 апреля 2010 г.

 

Сообщить об ошибке в тексте

Фрагмент текста с ошибкой:

Правильный вариант:

При обнаружении ошибки в тексте Вы можете оповестить нас о ней. Для этого нужно выделить мышкой часть текста с ошибкой и нажать комбинацию клавиш "Ctrl+Enter".