РОСКОСМОС-СПОРТ

Леонов Алексей Архипович

 

Порядковый номер: 11/15
Количество полетов: 2
Налет: 7 сут. 00 час. 33 мин. 08 сек.
Выходы в открытый космос: 1
Продолжительность: 23 мин. 41 сек.

 

Дата и место рождения:
30 мая 1934 г., с. Листвянка, Тисульского р-на, Кемеровской обл., РСФСР (Россия).

 

Мировое первенство:

совершил первый в мире выход в открытое космическое пространство («Восход-2», 1965 г.);

участник первого международного космического полета, «Союз — Аполлон» («Союз-19», 1975 г.).

 

Образование
Деятельность до зачисления в отряд космонавтов
Дата прихода в отряд

Классность: инструктор ПДП ВВС (1960 г.); военный летчик 1 класса (1965г.); космонавт 2 класса (1975 г.).

Дублирование:

Совершенные космические полеты
  1. 1 полет — 18-19 марта 1965 г. в качестве второго пилота КК «Восход-2» вместе с П. Беляевым. В ходе полета совершил первый в мире выход в открытое космическое пространство. При возвращении на Землю из-за отказа системы автоматического управления П. Беляев осуществил ручное управление посадкой, которая произошла в нерасчетном районе в 180 км от г. Перми. Экипаж был обнаружен через четыре часа в лесу (между деревнями Сороковая и Щучино) и эвакуирован с места посадки через двое суток. Продолжительность полета: 1 сут. 02 час. 02 мин. 17 сек. Позывной: «Алмаз-2»;
  2. 2 полет — 15-21 июля 1975 г. в качестве командира КК «Союз-19» по программе ЭПАС вместе с В. Кубасовым. В ходе полета выполнено две стыковки с КК «Аполлон» (США) с экипажем в составе: Т. Стаффорд, В. Бранд и Д. Слейтон. Во время полета в состыкованном состоянии производились переходы членов экипажей из корабля в корабль. Продолжительность полета: 5 сут. 22 час. 30 мин. 51 сек. Позывной: «Союз-1».
Дата выхода из отряда
Почетный гражданин

г. Калуга, г. Пермь, г. Кременчук, г. Калининград, г. Нальчик, г. Вологда, г. Кемерово, г. Аркалык, г. Видин, г. Тырново, г. Сан-Антонио (Чили), г. Усти-на-Лабе (Чехия).

Бронзовые бюсты: на Аллее героев-космонавтов в г. Москве и родине.

 

Научная деятельность: кандидат технических наук (1981 г.), имеет 4 изобретения и более 10 научных работ.

Деятельность в ЦПК: 26 января 1982 г. — 1991 г. — первый заместитель начальника ЦПК им. Ю.А.Гагарина по летной и космической подготовке.

Награды

Дата смерти: 11 октября 2019 г.

 

Приложение

Рассказ Алексея Леонова о нештатных ситуациях во время выхода в открытый космос.

 

«Когда создавали корабль для выхода в открытый космос, то приходилось решать множество проблем, одна из которых была связана с размером люка. Чтобы крышка открывалась внутрь полностью, пришлось бы урезать ложемент. Тогда бы я в него не поместился в плечах. И я дал согласие на уменьшение диаметра люка. Таким образом, между скафандром и обрезом люка оставался зазор по 20 мм с каждого плеча.

На Земле мы проводили испытания в барокамере при вакууме, соответствующем высоте 60 км... В реальности, когда я вышел в открытый космос, получилось немного по-другому. Давление в скафандре — около 600 мм, а снаружи — 10 — 9; такие условия на Земле смоделировать было невозможно. В космическом вакууме скафандр раздулся, не выдержали ни ребра жесткости, ни плотная ткань. Я, конечно, предполагал, что это случится, но не думал, что настолько сильно. Я затянул все ремни, но скафандр так раздулся, что руки вышли из перчаток, когда я брался за поручни, а ноги — из сапог. В таком состоянии я, разумеется, не мог втиснуться в люк шлюза. Возникла критическая ситуация, а советоваться с Землей было некогда. Пока бы я им доложил... пока бы они совещались... И кто бы взял на себя ответственность? Только Паша Беляев это видел, но ничем не мог помочь. И тут я, нарушая все инструкции и не сообщая на Землю, перехожу на давление 0,27 атмосфер. Это второй режим работы скафандра. Если бы к этому времени у меня не произошло вымывание азота из крови, то закипел бы азот — и все... гибель. Я прикинул, что уже час нахожусь под чистым кислородом и кипения быть не должно. После того, как я перешел на второй режим, все «село» на свои места.

На нервах сунул в шлюз кинокамеру и сам, нарушая инструкцию, пошел в шлюз не ногами, а головой вперед. Взявшись за леера, я протиснул себя вперед. Потом я закрыл внешний люк и начал разворачиваться, так как входить в корабль все равно нужно ногами. Иначе я бы не смог, ведь крышка, открывающаяся внутрь, съедала 30% объема кабины. Поэтому мне пришлось разворачиваться (внутренний диаметр шлюза — 1 метр, ширина скафандра в плечах — 68 см). Вот здесь была самая большая нагрузка, у меня пульс дошел до 190. Мне все же удалось перевернуться и войти в корабль ногами, как положено, но у меня был такой тепловой удар, что я, нарушая инструкции и не проверив герметичность, открыл шлем, не закрыв за собой люк. Вытираю перчаткой глаза, а вытереть не удается, как будто на голову кто-то льет. Тогда у меня было всего 60 литров кислорода на дыхание и вентиляцию, а сейчас у «Орлана» — 360 литров... Я первый в истории вышел и отошел сразу на 5 метров. Больше этого никто не делал. А ведь с этим фалом надо было работать, собрать на крючки, чтобы не болтался. Была громадная физическая нагрузка.

 

Единственное, что я не сделал на выходе, — не смог сфотографировать корабль со стороны. У меня была миниатюрная камера «Аякс», способная снимать через пуговицу. Ее нам дали с личного разрешения председателя КГБ. Управлялась эта камера дистанционно тросиком; из-за деформации скафандра я не смог до него дотянуться. А вот киносъемку я сделал (3 минуты камерой С-97), и за мной с корабля постоянно следили две телевизионные камеры, но у них была не высокая разрешающая способность. По этим материалам потом сделали очень интересный фильм.

 

Но самое страшное было, когда я вернулся в корабль, — начало расти парциальное давление кислорода (в кабине), которое дошло до 460 мм и продолжало расти. Это при норме 160 мм! Но ведь 460 мм — это гремучий газ, ведь Бондаренко сгорел на этом... Вначале мы в оцепенении сидели. Все понимали, но сделать почти ничего не могли: до конца убрали влажность, убрали температуру (стало 10 — 12°С). А давление растет... Малейшая искра — и все превратилось бы в молекулярное состояние, и мы это понимали. Семь часов в таком состоянии, а потом заснули... видимо, от стресса. Потом мы разобрались, что я шлангом от скафандра задел за тумблер наддува... Что произошло фактически? Поскольку корабль был долгое время стабилизирован относительно Солнца, то, естественно, возникла деформация: ведь с одной стороны охлаждение до — 140°С, с другой — нагрев до +150°С... Датчики закрытия люка сработали, но осталась щель. Система регенерации начала нагнетать давление, и кислород стал расти, мы его не успевали потреблять... Общее давление достигло 920 мм. Эти несколько тонн давления придавили люк и рост давления прекратился. Потом давление стало падать на глазах".

 

 

Сообщить об ошибке в тексте

Фрагмент текста с ошибкой:

Правильный вариант:

При обнаружении ошибки в тексте Вы можете оповестить нас о ней. Для этого нужно выделить мышкой часть текста с ошибкой и нажать комбинацию клавиш "Ctrl+Enter".