Блог космонавтов МКС (архив)

Фёдор Юрчихин отвечает на новые вопросы:

Почему сейчас для доставки космонавтов используются только наши ракеты? Почему в космос больше не летают на "Буране"? Есть ли будущее у кораблей многоразового использования?

     Только три страны мира на сегодняшний день имеют пилотируемые космические корабли – Россия, США и Китай. Китайцы не участвуют в программе МКС. А после катастрофы «Колумбии» в 2003 году, правительство США приняло решение о закрытии программы «Шаттл». В планах остались только два запуска к МКС. Очень надеемся, что хотя бы один из них  придет к нам во время нашей экспедиции.
    На плечи России легла основная задача по доставке космонавтов. Более того, с увеличением численности экипажей станции до 6-ти человек, возросло количество запусков наших «Союзов». И уже второй год наша страна готовит к запуску по четыре пилотируемых корабля. Плюс грузовые транспортные корабли. Тоже в основном наши, отечественные.
    Что касается программы «Буран». В 90-х годах прошлого столетия было принято решение закрыть ее. Решение достаточно спорное. И, к сожалению, закрыть программу ракетоносителей типа «Энергия». Два запуска которых прошли просто блестяще. Уверяю вас, сегодня проще начать новые программы, а не возобновлять старые. Но очень хочется, чтобы мы решились на это. Очень надеюсь, осторожная, взвешенная политика наших руководителей по концепции нового корабля даст свои плоды и мы получим новый корабль, такой же надежный, как «Союз». Верой и правдой служащий отечественной и мировой космонавтике более 40 лет. Спускаемый аппарат нового корабля будет многоразовый. И американцы рассматривают такую же возможность для своего.
Дерзайте, Вам осваивать новые корабли!

Что нравится американцам больше: наши ракеты или Шаттлы?

    Я не задавал впрямую им этого вопроса, но думаю, «Шаттлы». Почему? Мне же, как и всем нашим космонавтам нравится «Союз». Значит им – «Шаттлы».
Хотя свой первый полет совершил на «Атлантисе» и никогда этого не забуду. Это, как первая любовь. Большинство американских космонавтов сожалеет о закрытии программы «Шаттл». И, вскоре, для них будет только одна возможность полететь в космос. А, значит и наш «Союз» для многих из них будет как первая любовь!

Законы какой страны работают в ракете во время полета к МКС и действуют на самой МКС?
    Не законы страны или стран, а различные документы, меморандумы, кодексы, принятые партнерами по программе МКС и определяющие практически все этапы и типы работ. От разработок до эксплуатации. Есть целый свод документов, определяющий поведение, работу, чуть не написал эксплуатацию, космонавтов. Хотя?...
    В этих документах, в частности, оговаривается – какой язык основной на станции, как используется связь, сколько, каких стран и какие праздники отмечает экипаж МКС. И многое, многое другое.

    Сильно изменились ваши мысли в ожидании очередного полета по сравнению с предыдущими экспедициями? Что нового вы ожидаете? Тяжело ли бороться с мыслью, что снова придется провести много-много дней в экстремальных условиях в замкнутом коллективе?

     Прошло три года после второго полета. Было бы неправдой сказать – я сразу же по возвращению захотел в очередной полет. Это чувство начало просыпаться во мне примерно через полгода после предыдущей посадки и переросло в желание через год. Поэтому мысли - больше не летать, не было. Другое дело, что решение по конкретно этому полету далось мне нелегко. В силу самых различных причин. И я благодарен семье, друзьям и старшим друзьям, за поддержку. Ну, а приняв решение – надо готовится. При подготовке к этому полету на меня уже работал багаж опыта и знаний, анализ прошедшего. Было чувство абсолютной уверенности.

     Я знал, что ожидать. К чему готовиться. Не было сомнений – справлюсь, не справлюсь. Как перенесу длительный полет? Эта уверенность живет во мне и сейчас и во многом помогает. Я легко адаптировался на станции. Да и с невесомостью мы в ладах. Я – в моем втором доме. Меня окружают ребята, с которыми мы давно вместе работаем. Из нового одно уже свершилось. Это перестыковка. Ожидаю выходы в наших скафандрах. Ближайший - в конце июля. На «грузовике» придет новая аппаратура по эксперименту «Ураган». Провел знакомый мне по прошлому полету эксперимент «Пилот». Но уже по новой методике.
     Ожидаю получить и от этого полета такое же удовольствие, как от предыдущих. И также радостно и грустно будет общаться с родными и близкими.

Что, кроме невесомости, было непривычно и неудобно? С какими опасностями вы столкнулись в космосе? Столкнулись ли вы с чем-то загадочным и непознанным? 

     Невесомость, возможно, приносила определенное неудобство в первом полете. Но это не отложилось в памяти. Непривычно? Поначалу. Но больше доставляет удовольствие. Свободное перемещение, парение, легкость, при переносе больших грузов. Но при этом необходимо все, абсолютно все прикреплять, фиксировать. А то тут же улетит. С нештатными ситуациями сталкивались. С опасностями? Пока главная опасность – это «космический мусор», летающий вокруг нас. Земля постоянно предупреждает нас о возможном столкновении. Очень тщательно следит за окружающим пространством. Недавно предупреждали об очередном сближении. Но расстояние было достаточно большое. Порядка трех километров. На поверхности станции и на иллюминаторах можно заметить следы от микрометеоритов. В музее РКК «Энергия» находится реальная часть солнечной батареи станции «Мир».  На ней все отчетливо видно.
     Верите или нет – не сталкивался. Человечество только делает первые шаги в космосе, и чем позже мы столкнемся с ЧЕМ-ТО, тем лучше. Мы должны быть к этому готовы.

Ваш Фёдор Юрчихин