Интервью

На стороне света

Павел Геннадьевич ЧЕРЕНКОВ

Установка заготовки фотоэлемента в аппарат ламинирования перед резкой

На многих спутниках и космических кораблях стоят солнечные батареи с элементами производства НПП Квант

Специальная оснастка в виде сегмента с закрепленными пластинами ФЭП устанавливается на вращающийся потолок вакуумной камеры для испытаний

Ответственный процесс крепления заготовок с помощью специальных держателей

Процесс большой сборки - установка ФЭП на каркас солнечной панели

Процесс формирования малой сборочной единицы - ФЭП с токовыводами, диодом и защитными лицевым и тыльными стеклами типа К-208

Линия сборки солнечных элементов для космических аппаратов

Почти все космические аппараты используют электроэнергию, получаемую от автономных аккумуляторов или солнечных батарей. Одним из ключевых изготовителей этого оборудования в нашей стране является Научно-производственное предприятие (НПП) «Квант» (входит в состав Госкорпорации «Роскосмос»). Достаточно сказать, что источник питания для первого искусственного спутника Земли, а также часть системы энергообеспечения корабля «Восток», на котором совершил полет Юрий Гагарин, были сделаны именно на этом предприятии.

Последние годы «Квант» находился не в оптимальном состоянии. Решать накопившиеся проблемы и выводить предприятие из кризиса будет известный в отрасли специалист — Павел Черенков, который также возглавляет компанию «Спутниковая система „Гонец“». С новым генеральным директором НПП «КВАНТ» побеседовал заместитель главного редактора журнала Госкорпорации «Роскосмос» «Русский космос» Игорь Маринин.

***

— Павел Геннадьевич, можно узнать подробнее обстоятельства вашего назначения? Как это произошло и когда?

— В конце 2020 г. мне предложили поучаствовать в работе предприятия, чтобы прояснить сложившуюся организационную обстановку, туманно называемую к тому времени «неопределенными перспективами». Ситуация сложилась очень тяжелая: по сути требовалось антикризисное управление, и передо мной стояла задача подготовки для руководства Госкорпорации предложений по вопросам, связанным с будущим «Кванта».

Некогда могучий научно-производственный комплекс, включавший научную школу мирового уровня, мощную лабораторно-исследовательскую базу, несколько промышленных площадок, к настоящему времени оказался на третьем уровне отраслевой кооперационной цепочки. Во многом по этим причинам вопросы финансирования научных работ и удержания кадров решались по остаточному принципу. В руководстве была настоящая чехарда: директора сменялись практически раз в год. Компетенции «Кванта» сузились до превращения его в сборочную и отчасти испытательную площадку. За прошедшее время научно-исследовательские компетенции упали настолько, что, если их не восстановить, ситуация может принять угрожающий характер не только для предприятия, но и для всей отрасли в целом.

В итоге на «Квант» был организован визит генерального директора Госкорпорации Д. О. Рогозина. Мы перечислили некоторые первичные шаги, которые могли быть заложены в будущую программу финансового оздоровления. По старому верному управленческому принципу «критикуешь — предлагай и отвечай за слова» мне предложили возглавить АО НПП «Квант».

— В отрасли вы известны как гендиректор «Спутниковой системы „Гонец“». Вы остаетесь на этой должности?

— Да, я остаюсь в этой должности.

— Согласитесь: довольно редкий случай, когда человек занимает сразу две руководящие должности в серьезных предприятиях. Как вы собираетесь совмещать эти две функции?

— Развитие системы «Гонец» — это ведь не только формирование перспективного облика спутниковой группировки, но и понимание требований потенциальных потребителей, условий, в которых будет работать наземная инфраструктура. Новые перспективные задачи космической связи могут решаться в интересах АО «СС „Гонец“», но сама компания ограничена достаточно узкими функциями оператора спутниковых систем. И здесь у нас просматривается явная синергия с научно-производственным предприятием «Квант», потому что создание абонентского оборудования различного назначения невозможно без качественных систем энергообеспечения, разработка которых в отечественной космической отрасли сосредоточена на «Кванте».

Если отвечать на ваш вопрос в еще более широком контексте, следует упомянуть нацио­нальные проекты по освоению Арктики, Северного морского пути, а этот процесс касается как разработки принципиально новых систем энергообеспечения, так и охвата связью труднодоступных и малозаселенных регионов. Обеспечение суверенитета, пространственной и энергетической связности вновь осваиваемых огромных территорий требует синхронного управления техническими решениями по широкому спектру отраслевых компетенций.

— Чем занимается «Квант» и какую роль он играет в российской космической отрасли?

— «Квант» — одно из старейших предприятий космической отрасли, которое специализируется на научных исследованиях, разработке и производстве различных систем автономного электропитания и других видов энергообеспечения. Профильным направлением является космическая фотоэнергетика. В большинстве отечественных космических аппаратов используются солнечные батареи, изготовленные на «Кванте». Они применяются на МКС, на геостационарных и низкоорбитальных спутниках, космических кораб­лях, межпланетных станциях.

Как вы понимаете, без надежного электропитания на орбите не смог бы функционировать ни один аппарат, поэтому значение продукции «Кванта» трудно переоценить.

— Делает ли предприятие оборудование для других отраслей?

— Раньше «Квант» производил много различной техники. Это источники тока для морского применения и в интересах оборонной промышленности, кондиционеры для электропоездов и медицины, системы электропривода автомобилей и монорельсового транспорта. К сожалению, из-за неоптимального администрирования в течение нескольких последних лет на «Кванте» практически не осталось диверсификации. У него сохранились два основных вида деятельности: первое — производство солнечных батарей в интересах Роскосмоса; второе — производство химических источников тока.

— Вы сказали, что на предприятии было много проблем. Практически вы стали «гонцом» руководства с целью диагностировать ситуацию. Что именно вызвало беспокойство, потребовавшее экстренного вмешательства Роскосмоса?

— Прежде всего я отметил бы управленческий кризис. Предприятие вовремя не выполнило обязательства по Федеральной космической программе и гособоронзаказу, не всегда гладко исполнялись контракты с основным заказчиком — АО ИСС имени академика М. Ф. Решет­нёва, в холдинг которого входит «Квант». Как я уже говорил, произошло размывание исследовательской и научной базы. Наши талантливые инженеры и технологи и сейчас сопровождают процессы создания солнечных панелей и аккумуляторных батарей, но раньше Всесоюзный научно-исследовательский институт источников тока (прежнее наименование «Кванта») был «законодателем мод» в разработке новых систем энергообеспечения — как в сфере фотоэнергетики, так и в области химических источников тока. Значительная часть ресурсов направлялась на изобретение и создание новых энергетических систем. В настоящий момент мы не можем этого себе позволить, и именно эту ситуацию будем исправлять в первую очередь: постепенно восстановим научно-исследовательский комплекс по обоим продуктовым направлениям.

Другая серьезная проблема — низкий уровень оплаты труда наших сотрудников. Зарплата в два раза меньше, чем в среднем по Москве. Для высокотехнологичного производства это, конечно, катастрофа. К счастью, ключевые специалисты, образующие костяк трудового коллектива «Кванта», остались и поддерживают планы по выходу предприятия из кризиса и развитию производства.

Еще один повод для беспокойства — наступление города на территорию предприятия. В лихие времена часть площадей была передана Росимуществу, которое создало общество с ограниченной ответственностью «Квант-Н», занимающееся сдачей в аренду помещений коммерческим структурам. Недавно эта территория была выставлена на аукцион для жилой застройки. Но дело в том, что этот участок входит в санитарную защитную зону вокруг нашего предприятия и жилое строительство в ней запрещено. Теснят нас и с другого фланга. По соседству с «Квантом» было предприятие, которое ликвидировали. Там уже возник жилой комплекс, хотя он тоже возводился в периметре нашей санитарной защитной зоны. Тут придется искать комплексное решение — в интересах как предприятия, так и Москвы.

Ну и, наконец, жизненно важно для нас усилить борьбу за заказы. За время упадка «Кванта» в Краснодарском крае возникло новое предприятие АО «Сатурн», которое не входит в Госкорпорацию «Роскосмос», а принадлежит к группе компаний «Очаково». В результате «Сатурн», хотя и входит в отрасль, специализирующуюся на далеких от космоса сферах, стал выпускать солнечные батареи для космических аппаратов. Это, бесспорно, вызывает уважение: владельцы «Очаково» не побоялись сложностей, вложились в перспективу — в высокие технологии. Между тем часть заказов, которая могла быть нашей, ушла в Краснодар. Тем не менее конкуренции мы не боимся. В этой ситуации есть и свои плюсы: в условиях санкций наличие нескольких производителей дает гарантию, что наши космические аппараты будут обеспечены солнечными батареями.

В целом, считаю, нерешаемых проблем у нас нет, а есть пока нерешенные. Но нам нельзя сидеть сложа руки — надо расширять номенклатуру продукции, улучшать ее качество, переходить на выпуск полного цикла арсенид-галлиевых солнечных батарей.

— Если говорить о новых продуктах, вы планируете прекратить выпуск кремниевых солнечных батарей и перейти на арсенид-галлиевые?

— Нет. Мы не собираемся закрывать производство кремниевых солнечных батарей и выпускать только арсенид-галлиевые. На оба вида продукции в нашей стране есть спрос, просто у каждого свои преимущества и недостатки.

Кремниевые батареи имеют КПД всего около 20 %. На них мы даем гарантию 5–7 лет. Это немного. Среди плюсов — дешевое производство и отсутствие чувствительности к освещенности (работают при любой ориентации к Солнцу. — Ред.).

Наши арсенид-галлиевые батареи имеют КПД выше — до 30 %, и на них мы даем гарантию 15 лет. Это плюсы. Но есть и недостатки: высокая себестоимость, зависимость от зарубежных поставщиков, чувствительность к освещенности (батареи должны быть жестко ориентированы на Солнце, иначе генерация падает. — Ред.).

Наши кремниевые батареи используются на пилотируемых кораблях «Союз» и «грузовиках» «Прогресс», арсенид-галлиевые же применяются в основном на геостационарных космических аппаратах. Так что рынок есть, и отказываться от производства кремниевых элементов не имеет смысла.

Вместе с тем одним из прорывных направлений в развитии «Кванта» считаю изготовление арсенид-галлиевых фотоэлементов нового поколения.

— Расскажите о преимуществах арсенид-галлиевых элементов. Это лучшее средство, чтобы использовать энергию света?

— Спасибо за вопрос, я позволю себе тут немножко пофантазировать, чтобы сфокусировать ваше внимание на главном. Свет — это не только источник энергии, но и поток частиц, «квантов». С их помощью может происходить передача не только энергии, но и информации. А значит мы можем посмотреть на использование света чуть шире, чем обычно принято. Очевидно, что в сфере передачи информации будущее — за высокочастотными каналами связи, тем, что сейчас называют 6G, терагерцовым диапазоном, а в конечном итоге — оптическими пакетами, которые могут передаваться в космосе без помех и без проводов, как на Земле, на огромные расстояния.

Не нужно бояться заглядывать за горизонт, чтобы грамотно определять собственные оперативные задачи. Полагаю, что «Квант» может участвовать в создании принципиально новых продуктовых направлений, прежде не разрабатываемых на предприятии, но объединенных одной целью: использование новых систем связи и энергообеспечения для решения уникальных задач завтрашнего дня. К таким задачам я отношу связь нового поколения — 6G (скорость соединения до 1 Тбит/сек и гарантированная задержка сигнала 0.1–1 мс). Большая программа по этой тематике реализуется во главе со Сколковским институтом науки и технологий и финансируется по линии Национальной технологической инициативы и госпрограмме «Цифровая экономика». Это долгосрочная обеспеченная ресурсами программа с задачей достижения национального технологического лидерства. Мы общались с коллегами и можем при должной проработке встроиться в этот большой процесс.

В целом начатая нами ревизия потенциальной научной коллаборации «Кванта» показала ряд тем, по которым может быть привлечено стороннее финансирование к самым перспективным направлениям. И тут возможна синергия работ для «Кванта» и для «Гонца».

Возвращаясь к теме арсенид-галлиевых элементов, надо понимать, что это еще одно отражение удивительных свойств света и нашего высочайшего уровня знаний о его использовании. В солнечных батареях космического качества нужны технологии именно таких сложных конструкций химической физики, которые позволяют максимально повысить энергоемкость с единицы площади. Повышение энергосъема даже на 1–2° дает нам в космосе кратный эффект с точки зрения улучшения энергомассовых характеристик полезных нагрузок.

Чем более системы энергообеспечения эффективны и компактны, тем большее количество полезной нагрузки мы можем вывести в космос. Поэтому арсенид-галлиевые технологии гарантируют нам в том числе и лидерство в освоении космоса. Всего несколько стран в мире обладают полным циклом их производства, и мы, едва не утратив этот навык, в последние годы приложили большие усилия, чтобы восстановить и нарастить свой потенциал.

Таким образом, наша задача на «Кванте», используя свойства света, создавать передовую продукцию в разных областях применения.

— Кто является покупателем вашей продукции?

— Основной заказчик арсенид-галлиевых батарей — ИСС имени М. Ф. Решетнёва. Николай Алексеевич Тестоедов (генеральный директор АО ИСС. — Ред.) — очень мудрый управленец. После всех сложностей переходного периода
1990-х годов он вывел свое предприятие и российское спутникостроение в целом на принципиально новый уровень. Как выдающемуся ученому и организатору науки ему удалось не только сохранить научный потенциал ИСС, но и вывести его на передовые позиции мирового уровня. То, что Николай Алексеевич размещает заказы на солнечные батареи не только у нас, но и у АО «Сатурн», благодаря чему гарантированно получает необходимые изделия для энергообеспечения космических аппаратов, для нас является безусловным стимулом к развитию. Мы будем делать все, чтобы не снизить планку, а, наоборот, превзойти качество продукции коллег.

Помимо ИСС, для нас стратегически важно сотрудничество с РКК «Энергия», которой мы поставляем наши изделия для пилотируемой программы. Как я уже отмечал, наши кремниевые батареи устанавливаются на кораблях «Союз» и «Прогресс».

В целом заказчиками энергосистем «Кванта» являются большинство предприятий, производящих космическую технику, в том числе НПО имени С. А. Лавочкина, ВПК «НПО машинострое­ния», РКЦ «Прогресс», Корпорация ВНИИЭМ и многие другие.

— Какие организационные задачи необходимо реализовать в ближайшее время?

— Среди оперативных задач укажу сокращение кредитной задолженности, ускоренное внедрение бережливого управления производством, цифровую трансформацию предприятия, участие в корпоративных программах по развитию кадров. Все эти планы будут реализовываться в рамках Программы финансового оздоровления предприятия, которую Дмитрий Рогозин поручил нам разработать в ближайшее время.

Второе: крайне важно восстановить «Квант» в статусе научно-производственного предприятия, реанимировать исследовательские функции, привлекать молодых и перспективных ученых, возобновить кооперационные связи с передовыми отечественными вузами и НИИ.

Кроме того, и это важнейшая часть нашего ближайшего будущего, нам надо проработать перспективу и оценить количество избыточных и затратных площадей. Особенно учесть факт предстоящего введения в строй Национального космического центра на территории Центра Хруничева. Возможно, тут следует сделать какую-то разумную рокировку, чтобы наши перспективные научные кадры, которые на рубеже 2022–2024 гг. должны прийти на обновленный «Квант», не оставались в стороне от «плавильного котла новых идей и решений», которым по сути становится большой Космический кластер в Филях. Дмитрий Олегович, говоря о целях Программы финансового оздоровления «Кванта», указал нам на необходимость тщательной проработки такой возможности. Если решение будет поддержано в Госкорпорации и это не ударит по производственному процессу, то «Квант» может стать одним из первых резидентов Национального космического центра.

Необходимо также вернуть доверие заказчиков в отношении качества и сроков поставок нашей продукции. Это непросто, но мы должны это сделать в кратчайшие сроки и, разумеется, этого добьемся! Трудовой коллектив «Кванта» способен к разработке прорывных технологий для нашей страны, и в этом заключается наша основная стратегическая задача.

— Как бы вы сформулировали свое видение предприятия в будущем?

— Повторю свою мысль, может быть, в несколько пафосной, но вполне реалистичной для нас формулировке: если мы не вернем на «Квант» науку и не вернем «Квант» в мир науки, то ничего не добьемся. По реализации Программы оздоровления предприятия мы хотим получить не бедствующий, а привлекательный «Квант» — с модернизированной производственной базой и воссозданной научно-исследовательской школой, где будет конкурс на место при трудоустройстве каждого сотрудника. Тогда на горизонте 2024 г. мы увидим совершенно новое, компактное, динамичное научно-производственное предприятие, сохранившее и расширившее заделы, созданные великими первопроходцами нашей космонавтки. В нашем случае это один из основоположников отечественной фотовольтаики, легендарный директор «Кванта» Николай Степанович Лидоренко.

Русский космос, Игорь Маринин